Ошибка и опечатка
Некий доброжелательно настроенный - хотя, судя по одной детали, и принимающий меня за ворону, рядящуюся в чужие перья, что смехотворно - читатель указал мне, что в этой записи я забыл закрыть открытые кавычки. Я прислушался к его мнению - и кавычки закрыл.

Однако этот малозначительный сам по себе эпизод, понятый в контексте предыдущей записи, наводит на мысль о том, что надо бы сделать разъяснение. Говоря об ошибках самовыражения, следует обращать внимание прежде всего на ошибки, так сказать, внутренние, когда фальшивит самая суть. Ошибки же внешние и случайные не заслуживают большого внимания и могут быть даже по-своему милы, а то и необходимы - не побоюсь этого слова. Смешная опечатка, пятно на брюках, или, скажем, неудачное уринирование в подворотне при нежелательном присутствии критически настроенных дам или милиционеров - это всё, хотя и считается страшным оскорблением вкусов или приличий, на самом деле является всего лишь мелкими, привходящими обстоятельствами. Я уверен, что пьяный Пушкин, освещённый кривым неверным светом сального огарка, в облёванных панталонах, туго мыча от накатившего вдохновения, вполне мог написать корову через ять. Но даже в таком состоянии он не назвал бы "безумное наслаждение" - "неземным". А если бы он и сделал это, он тут же, досадуя, исправил упущение, и потом долго и сосредоточенно напивался бы, вслушиваясь в себя - неужели начал изменять талант, неужели в сердце трещина?

Гений может ошибаться во всём. Кроме своего гения. Hic Rhodos, и тут должно быть трепетно-неприступным - как скала под ветром, как девственница перед соблазном. Тут всякая ошибка - измена.

Будьте же тверды, как говорил Заратустра. Тверды - в главном. И снисходительно-мудры - во всём остальном.